Фургал-style

Два аксакала хабаровской политики еще ишаевского «разлива»: Александр Кацуба и Александр Витько. На заднем плане: Андрей Климов, пока еще глава Комсомольска-на-Амуре, Александр Шабовта, и.о. зампреда по строительству, Лариса Докучаева и ваш покорный слуга )) Фото: Андрей Коробков, DVHab

В минувшие пятницу-субботу Сергей Фургал делал свои первые шаги в роли губернатора Хабаровского края в Комсомольске-на-Амуре — в городе, от которого он был избран в Госдуму в 2016-м, но все же не родном для себя (для кого он был родным, все в крае знают, — но тот человек губернаторские выборы проиграл, в том числе и в Комсомольске-на-Амуре, а Сергей Фургал — выиграл). В этом населенном пункте реализуется долгосрочный план социально-экономического развития, на который выделяются изрядные средства, в том числе федеральные. Поэтому Сергею Фургалу в «городе президентского внимания» бывать теперь часто. Но на стройках Комсомольска-на-Амуре как губернатора его увидели впервые. Эффект неожиданности сработал — вскрылось немало интересного.

Сейчас у Сергея Фургала тот неизбежный период, когда все сравнивают его с предшественником: большая часть команды Вячеслава Шпорта по-прежнему работает, хотя и с приставками «и.о.», и за девять лет своего правления прежний губернатор успел сформировать определенный стиль рабочих поездок. В этих поездках, как правило, все было вполне себе ясно, и шло в целом по плану. Сергей Фургал позволить себе такого (пока) не может. Поэтому он задает огромное количество вопросов, иногда даже странных, все время сбивая докладчиков. Вот вам всего лишь один пример. Прошу прощения, что длинный (15 минут разговора), но его стоит прочитать — это целая пьеса.

Итак, декорации. Стройка объекта «Детский больничный комплекс в Ленинском округе». На входе — заготовленные плакаты с информацией, и.о. министра здравоохранения края Александр Витько и все причастные. Подходит Сергей Фургал.

И.о. министра начинает доклад, но не тут-то было.

Сергей Фургал: Давайте так, чтобы людей нам не занимать. Здесь все ясно и понятно. Я сам врач…

Александр Витько: Да!

Сергей Фургал: …и по этой больнице еще в Государственной думе занимался. У меня более важный вопрос. Сроки введения — когда?

Александр Витько: Первая очередь — она должна быть введена в конце 2019 года.

Сергей Фургал: Нет, конкретно, «конец» — понятие абстрактное. 30-го, в ноябре, в декабре?

Александр Витько: Это ноябрь месяц.

Сергей Фургал: Ноябрь месяц. То есть она полностью будет введена и заработает.

Александр Витько: Да, так обещают строители. Где Александр Николаевич [Александр Шабовта, и.о. зампреда по строительству]?

Александр Шабовта, стоящий за Сергеем Фургалом, говорит что-то отрицательное.

Сергей Фургал: С финансированием проблемы есть?

Руководитель строительного участка первой очереди Артем Скоморохов: С финансированием проблем нет.

Сергей Фургал: С рабочими руками проблемы есть?

Артем Скоморохов: Тоже нет.

Сергей Фургал: С выполнением СНИПов проблемы есть? Потому что больница есть больница, там есть определенные условия, правильно? Проблемы есть?

Артем Скоморохов: Нет.

Александр Витько: Сергей Иванович, я вам докладываю…

Сергей Фургал: Нет-нет. Второй вопрос. С оборудованием.

Александр Витько: Значит, с оборудованием. Оно будет приобретаться сегодня силами больницы, Ольгой Александровной и нами, сегодня готовится техническое задание, передается в минстрой Хабаровского края — на проведение торгов на медицинское оборудование.

Сергей Фургал: Чтобы у нас не получилось так, что здание будет готово, а оборудования нет. Это не должно быть. Или, не дай Бог, что у нас будет готово здание, а оборудованием не подойдет по стандартам. Вот этого допустить нам…

Александр Витько: Сергей Иванович, докладываю вам. Значит, все оборудование — оно сегодня в спецификацию заведено, в соответствии со стандартами порядка оказания медицинской помощи.

Сергей Фургал: Как у нас со штатом?

Александр Витько: Значит, позвольте доложить, Сергей Иванович.

Сергей Фургал: Да давайте вот, давайте послушает главного врача!

Александр Витько: Есть. Ольга Александровна!

Сергей Фургал: Не вам же все отвечать!

Главный врач КГБУЗ «Детская городская больница» Комсомольска-на-Амуре Ольга Горлач: Штат больницы — более тысячи человек.

Сергей Фургал: На тот момент, когда мы построим, проблем не будет никаких? С врачами, с медсестрами?

Ольга Горлач: Мы сегодня с министерством здравоохранения работаем вплотную с медицинским университетом, с институтом повышения квалификации.

Сергей Фургал: Нет, сколько вы заказали студентов?

Ольга Горлач: Мы должны 62 человека.

Сергей Фургал: 62 человека.

Ольга Горлач: За два года, за три года.

Александр Витько: Но мы полностью не закроем, Сергей Иванович!

Сергей Фургал: Ну.

Александр Витько: То есть, чтобы закрыть проблему, нам хотя бы 70 процентов от персонала врачей и средних медицинских работников надо иметь.

Сергей Фургал: Но нам же надо не только молодежь.

Александр Витько: Совершенно верно.

Сергей Фургал: Нужно же и опытных.

Александр Витько: Да.

Ольга Горлач: Для этого нужно решить самый главный вопрос.

Сергей Фургал: Какой?

Ольга Горлач: Это жилье.

Сергей Фургал: Вот. Вот, вот! Я и под-во-дил [по слогам] вас к этому.

Александр Витько: [в сторону главы Комсомольска-на-Амуре Андрея Климова] Андрей Викторович!

Сергей Фургал: Больницу мы строим. А что по жилью?

Андрей Климов: По жилью…

Ольга Горлач: А у нас напротив этого комплекса прекрасная территория. Для строительства жилого дома для специалистов.

Андрей Климов: Это про который вы говорите? Про пустырь?

Ольга Горлач: Конечно.

Андрей Климов: Где авиазавод планировал построить? Да, к сожалению, авиационный завод планировал построить дом большой, но программу свернул, и когда мы завтра с вами поедем на «Парус»…

Сергей Фургал: Нет, давайте так. Нет никакого смысла строить эти все больницы…

Александр Витько: Если нет жилья.

Сергей Фургал: Нет никакого смысла строить все эти огромные комплексы, да, если нет две вещи: если мы не понимаем, будут у нас специалисты или не будут, потому что любое здание можно построить, но если не будет специалистов, правильно?

Александр Витько: Совершенно верно.

Сергей Фургал: И для того, чтобы у нас были специалисты, нам нужно решить две проблемы. Две. Первая — это заработная плата, или материальное вознаграждение, и второе — это жилье, где люди будут жить. Правильно? Правильно. По заработным платам как у нас обстоит?

Ольга Горлач: Мы выполняем указ президента.

Александр Витько: Более конкретно!

Сергей Фургал: Мы все выполняем указ президента, это для нас святое, это мы делали и будем делать. Что, скажите, минимальная заработная плата?

Ольга Горлач: 55.

Сергей Фургал: Это точно, на руки получают? Можно не проверять? Врач?

Ольга Горлач: Врач. Максимальная — 120.

Сергей Фургал: Достойно, достойно. Средняя — это все очень хорошо. С молодыми специалистами есть возможность заключать контракты?

Ольга Горлач: Ну, пока маловато. Но возможность, безусловно, есть.

Сергей Фургал: Возможность есть, да. Ну а вообще деньги-то есть?

Ольга Горлач: На заработную плату?

Сергей Фургал: Ну естественно.

Ольга Горлач: Конечно.

Александр Витько: Только на заработную плату и есть, Сергей Иванович.

Сергей Фургал: Ну, вы, наверное, уже знаете, что мы хотим медицине прям вот особое-особое внимание уделить?

Ольга Горлач: Мы будем очень рады.

Сергей Фургал: Вот. И мы понимаем, как это все сложно. Но по жилью надо решать.

Ольга Горлач: Мало того, есть еще одна проблема.

Александр Витько: Будем думать.

Сергей Фургал: Сейчас. Сколько сейчас времени нам надо, вот чтобы нам не быть голословными…

Александр Витько: Мы 60 квартир заявили, Сергей Иванович, городу, Андрею Викторовичу.

Ольга Горлач: Только этому комплексу!

Сергей Фургал: Я понимаю, я понимаю.

Александр Витько: Больше ни онкологии, ни скорой помощи.

Сергей Фургал: Я понимаю, по онкологии будем разговаривать, по скорой помощи будем разговаривать. Но, понятно, вряд ли мы сможем сразу всех обеспечить жильем, но, может быть, нам подумать тогда, у нас же есть статья расходов, снимать жилье для нашего персонала? раньше же была такая практика? Думаю, свободного фонда хватает в Комсомольске?

Андрей Климов: Его достаточно.

Сергей Фургал: Если мы выделим дополнительные деньги, только чтобы не вызвать рост цен, понимаете?

Александр Витько: Да.

Сергей Фургал: Потому что если спрос пойдет, начнут… Такие, может быть, долгосрочные. Но с перспективой получения жилья в обязательном порядке. Но служебного. Да?

Александр Витько: Абсолютно правильно.

Сергей Фургал: Мы с вами уже обсуждали.

Александр Витько: Да, Сергей Иванович.

Андрей Климов: Социальное жилье.

Сергей Фургал: Не социальное! Нет. Служебное. Чтобы у нас не получилось так, что мы врачей, специалистов притянем, вызовем там, вызовем там, они приедут, дадим квартиры, они два-три года отработают, и уедут. Нам этого не надо!

Андрей Климов: Как по диагностике получилось, да?

Сергей Фургал: Так у нас не должно получиться.

Александр Витько: Сергей Иванович, когда у нас сдавали клинико-диагностический центр в Комсомольске в 2008 году, под этот центр было выделено 60 квартир…

Сергей Фургал: Конечно!

Александр Витько: Сразу.

Сергей Фургал: В результате все квартиры получили, как обычно, и дальше что получилось?

Александр Витько: Приватизировали…

Сергей Фургал: Половина уехала, приватизировали, продали. Вот этого допустить нельзя.

Ольга Горлач: Этот вопрос очень сложный, потому что половина людей, которые сегодня уже обучаются в ординатуре, они вернутся на следующий год. И станет вопрос, куда их селить.

Сергей Фургал: Ну вот я и говорю!

Ольга Горлач: И по городу это очень большая цифра! Только у нас их 15 человек.

Сергей Фургал: Значит, будем решать вопрос, вне всякого сомнения. Я вам со всей ответственностью говорю: каждому найдем. Если не сможем дать, значит, снимем.

Александр Витько: Ага.

Ольга Горлач: Хорошо. Спасибо!

Сергей Фургал: В конце-концов, найдем мы на это деньги. Я не думаю, что здесь квартиры стоят 100 тысяч рублей в месяц. Ну, я думаю, в пределах 20 тысяч можно же снять?

Андрей Климов: 15-20.

Сергей Фургал: Ну, 15-20 вряд ли, но в пределах 20…

Андрей Климов: За 15 двухкомнатную можно снять.

Сергей Фургал: Да?

Ольга Горлач: Можно.

Сергей Фургал: Но перспективы мы будем рассматривать только так. Вообще будем уходить от практики строительства социальных объектов без жилья. Надо все-таки планировать сразу в комплексе. Это будет правильнее.

Александр Витько: Совершенно верно.

Сергей Фургал: Тем более, деньги есть!

Александр Витько: И это привяжет специалистов надолго.

Сергей Фургал: Вы же знаете, что деньги есть. Конечно.

Александр Витько: Тем более, Сергей Иванович, мы сегодня готовим специалистов не только в Хабаровском медицинском университете, еще готовим и в Амурской академии медицинской в Благовещенске, работаем с Владивостоком.

Сергей Фургал: Академия очень хорошая. Но там вы лечебников готовите?

Александр Витько: Лечебников, да.

Сергей Фургал: В Хабаровске-то больше педиатры?

Александр Витько: Да.

Сергей Фургал: Я в Благовещенске заканчивал.

Ольга Горлач: Подождите. Специалистов детского профиля — их совсем немного.

Сергей Фургал: Нет.

Ольга Горлач: Это детский хирург, эндокринолог…

Сергей Фургал: Нет, я про что и говорю. Детки — это только Хабаровск.

Ольга Горлач: Поэтому мы и лечебный факультет забираем тоже на себя. И готовим по всем профилям. нам же нужны специалисты не только педиатры: рентгенологи, реаниматологи.

Сергей Фургал: Слушайте, нам в современных условиях нужны и инженеры…

Ольга Горлач: Конечно.

Сергей Фургал: И IT-специалисты, и так далее, и так далее.

Ольга Горлач: Поэтому лечебный факультет — это как раз то, что нужно. Там серьезные люди, хоть и молодые. Очень серьезные.

Сергей Фургал: Нет, ну слушайте, что такое медицинский институт — я испытал на себе. Я в 86-м году поступил в медицинский институт, в 92-м закончил.

Ольга Горлач: Это очень хорошо.

Сергей Фургал: Чтобы было понятно. В 16 лет я поступил. И конкурс был 17,5 на место. Но это как бы так он был 17,5, потому что на самом деле было гораздо больше: были, помните, и малые народности, и люди, закончившие учебные заведения…

Александр Витько: Отслужившие в армии.

Сергей Фургал: Отслужившие в армии. Ну, у нас поменьше было, у нас в основном регионы другие — Якутия, Бурятия. Это я помню. Но медицинские объекты — просто под контроль. Вот каждые три месяца мы будем здесь и будем спрашивать, что изменилось. Итак, мы первую очередь заканчиваем в 19-м году?

Александр Витько: Первую — в 19-м году.

Сергей Фургал: Это уже с благоустройством?

Александр Витько: Нет. Благоустройство будет в конце, после сдачи обеих очередей. А вторую очередь заканчиваем…

Сергей Фургал: Подождите, а как люди будут сюда подъезжать, заходить?

Александр Витько: Значит, здесь будет без благоустройства, первая очередь?

Ольга Горлач: Объект сдается единым целым.

Александр Витько: О! Вот как.

Ольга Горлач: Строители сейчас вам должны об этом сказать. Здесь единые сети, единая инженерная система, все единое. Это октябрь 20-го года.

Сергей Фургал: Отставание есть? Строители?

Артем Скоморохов: Отставания по второй очереди нет, по первой есть.

Сергей Фургал: Сколько?

Артем Скоморохов: Около 100 миллионов сейчас отставание, но оно к концу года будет устранено.

Сергей Фургал: Сколько по времени примерно?

Артем Скоморохов: По времени?

Сергей Фургал: Нет, давайте так. В чем заключается отставание? В возведении объекта?

Артем Скоморохов: Да нет, в коммуникациях больше.

Сергей Фургал: В коммуникациях?

Артем Скоморохов: Да, там есть ряд вопросов проектных.

Сергей Фургал: Каких? Нарушения в проекте, изменения в проект пошли?

Артем Скоморохов: Да, пошли.

Сергей Фургал: А по поводу?

Артем Скоморохов: Коммуникации.

Сергей Фургал: Какие именно, они разные бывают?

Артем Скоморохов: Там идет изменение оборудования. Вентиляционное оборудование меняется, меняется…

Сергей Фургал: В проекте?

Артем Скоморохов: В проекте. Меняется проектно-сметная документация.

Сергей Фургал: И вы сейчас не можете приступить, потому что нужно закончить и пройти экспертизу?

Артем Скоморохов: Да.

Сергей Фургал: А что говорит по этому поводу больница?

Александр Витько: Больница, Сергей Иванович, как положено, согласовала все все планировочные решения, мы с планировочными решениями были в Роспотребнадзоре…

Сергей Фургал: Давайте так. Здесь стоит куча журналистов. Я всегда бы против этих показательных выступлений, я просто хотел поговорить между собой. Но раз уже так получилось, мы их не будем обижать, выгонять. Вот вы со всей ответственностью скажите, вот они сейчас говорят, у нас есть отставание 100 миллионов рублей, по времени сколько?

Артем Скоморохов: Примерно около 2 месяцев.

Сергей Фургал: Понятно, что если у нас сегодня идет отставание по сетям, зимой мы по сетям заходить не будем, хотя по вентиляции, конечно, можно. Но я подразумеваю, что там не только вентиляция.

Артем Скоморохов: Там не только.

Сергей Фургал: Что там еще нужно сделать?

Артем Скоморохов: На самом деле изменения в… 80 процентов разделов. те или иные. Ну, где-то значительные, где-то незначительные.

Сергей Фургал: Ну… Помощь вам нужна?

Артем Скоморохов: Помощь? Ну сейчас в принципе эти изменения проектным институтом Гипроздравом…

Сергей Фургал: А кто проектирует?

Александр Витько: Гипроздрав, Москва.

Сергей Фургал: А строит?

Александр Витько: Первую очередь — ООО «Вита», вторая — «Монолит».

Сергей Фургал: А «Вита» — это чье?

Андрей Климов: Санкт-Петербург.

Сергей Фургал: Санкт-Петербург. А что, у нас нет своих строителей?

Андрей Климов: Конкурс.

Артем Скоморохов: 44-й ФЗ.

Сергей Фургал: Ну и что? Ну и что. 44-й, не 44-й. Какая разница? Если Санкт-Петербург себя хорошо ведет, значит, нормально, если нехорошо — ненормально. Как так получилось, что мы сделали проект, а сейчас у нас проблемы?

Александр Витько: Я не готов сказать, Сергей Иванович, я в инженерных сетях — не особо.

Сергей Фургал: Нет, подождите. Здесь же происходит как. Мы делаем конкурс, выбираем себе проектировщика. Правильно? Выбрали. Он сделал проект. Правильно? Он его защитил в Главгосэкспертизе.

Александр Шабовта: Абсолютно точно.

Сергей Фургал: Получил заключение, что все хорошо. Дальше получили разрешение на строительство. Пришел застройщик. Начал осваивать…

Александр Шабовта: Выявил, что есть проблемы.

Сергей Фургал: И он начинает выявлять 80 процентов…

Александр Витько: Разделов!

Сергей Фургал: …разделов — не соответствуют. Мы можем претензию?

Александр Шабовта: Претензия уже…

Сергей Фургал: Проектантам.

Александр Шабовта: Да, конечно.

Александр Витько: Проектантам? Можем.

Александр Шабовта: Мы уже выставили.

Сергей Фургал: Мы это в первую голову должны делать. Иначе к чему мы придем. Они будут приходить, предлагать нам дешевле, а результате дешевле станет в два раза дороже!

Александр Витько: Да.

Сергей Фургал: А нам зачем это нужно? А у нас растет напряженность социальная, а у нас люди уезжают, а у нас страдает система здравоохранения. Это очень серьезно. Для нас-то это крайне серьезно. для нас это вообще жизнь и наши показатели всей работы. Я думаю, что надо отдельно садится с застройщиком, с заказчиком, с министерством, брать главного врача, брать вас, без прессы, в кабинете, спокойно садиться, и думать, что мы можем сделать, чем мы можем помочь. Искать сейчас виноватого — конечно, самое простое, что можно сделать, надо подумать, как выходить из этого положения. ну по крайней мере отставания в освоении денег нет?

Артем Колесников: Оно в освоении денег и есть.

Сергей Фургал: Понятно. Не получится так, что мы эти деньги потом…

Александр Витько: Министерство строительства Хабаровского края заверяет, что все деньги до конца этого года будут освоены. Всего с 17-го года здесь 1,5 миллиарда рублей должно быть освоено за два года.

Сергей Фургал: Ну вы понимаете всю степень ответственности?

Александр Витько: Конечно.

Сергей Фургал: То есть это не просто. Если мы можем где-то не построить стадион или бассейн, еще можем закрыть глаза, но что касается больниц — спрос будет самый жестокий. Со всех. В первую очередь с меня.

Александр Витько: Мы это осознаем, Сергей Иванович. Поэтому вас не подведем.

Сергей Фургал: Да не меня! Я-то тут при чем? Вот они.

Александр Витько: И детей Комсомольска…

Сергей Фургал: И не только детей!

Александр Витько: И Комсомольска, и других районов — тоже.

Сергей Фургал: У нас потянется целая цепь, специалистов учим — учим, если вовремя не сдали, куда девать специалистов.
Куда? И так далее. Поэтому здесь самым серьезным образом. Будем садиться, думать, может, на другие виды работ, да?

Александр Шабовта: Мы же так и делаем, то есть они делают все, что можно, оставляя. Можно пойти даже, посмотреть.

Сергей Фургал: Ну пойдемте, глянем.

Какие выводы, друзья, можно сделать из этого 15-минутного разговора?

Мне кажется, вполне вырисовывается определенная схема. Сначала новому губернатору его подчиненные, находящиеся в ранге «и.о.» и поэтому всячески демонстрирующие свое рвение, докладывают, что проблем нет. При этом губернатор старается всем окружающим показать, что он все понимает, и перебивает всех, делая разговор крайне динамичным по темпу. Потом, после десятков и десятков вопросов, которые сыпятся, как спелый горох из кожуры, вдруг выясняется, что проблемы все же есть (я больше чем уверен, что все это отражается в бумагах, которые подают губернатору еще накануне посещения объекта). Чиновники что-то мямлят: мол, работаем по вопросу, работаем.

И вот наконец выясняется, что проблемы связаны с чем-то, что сейчас по мановению волшебной палочки (то есть мерами на краевом уровне) не решить: например, проектировщик в Москве выработал одно проектное решение, а подрядчик из Санкт-Петербурга утверждает, что это решение нельзя реализовать, и идет изменение в проекте. История, кстати, вполне обычная: строительный проект — не догма, его можно и нужно менять, если что-то не так. Но губернатору прямо сейчас сделать ничего особо нельзя, разве что договориться потом (и уже без СМИ) собрать совещание. Для чего, разумеется, вовсе не нужно было ехать на объект — можно было вызвать всех фигурантов ситуации к себе в кабинет. Но это была бы не столь эффектная картинка. И все это венчают слова о том, что «люди страдать не должны».

Не верите, что это именно схема?

Пример №2.

Сергей Фургал приезжает на Инженерную школу, где ему директор школы Петр Черемушкин и первый заместитель министра образования и науки Хабаровского края Александр Король докладывают, сколько уже набрано в школу учеников на будущий год, и какие потребности в ориентированных на точные науки и технику ребятах имеют профильные вузы. Беседа плавно перетекает к строителям, за которых отвечает заказчик — директор МУП «Управление капитального строительства Комсомольска-на-Амуре» Елена Ланкина, и подрядчик — гендиректор ОАО «СУ-277» (Хабаровск) Сергей Бондаренко. На вопрос о проценте готовности объекта господин Бондаренко, уточнив, что всего муниципальный контракт заключен на 436 млн руб., отвечает: «Осталось где-то 50-55 миллионов». Всего, подсказывают хором, Инженерная школа будет стоить 485 млн руб.

— Министр финансов, где? — обращается к подчиненным Сергей Фургал в поисках Александра Кацубы (об Александре Кацубе и его роли в новом правительстве региона я еще скажу пару слов). — Скажи, пожалуйста, сколько всего нам эта школа обходится?

— Полмиллиарда, да, — подтверждает он, а на уточняющие вопросы отвечает: — Краевых средств 157 (миллионов рублей), федеральных планировалось 133 и 151, на сегодняшний день федеральный центр не дал ни копейки. То есть решения нет.

— Сергей Иванович, есть возможность получить 285 миллионов в этом году, то есть облегчить нагрузку, — подключается Александр Король.

— Подскажите нам эту возможность, как это сделать. Мы ломали голову, сидели, — говорит Сергей Фургал (что подтверждает мысль о том, что накануне посещения объектов он досконально изучает ситуацию по бумагам).

— Нужно, чтобы решение принял премьер, и если это средства из резервного фонда, то это будет уже в этом году, — говорит Александр Король, после чего объединенными усилиями Сергей Фургал и его подчиненные выясняют, что в правительстве уже проведена подготовительная работа для такого решения, но «нужно решать технический вопрос»: «Министр просвещения Васильева должна обратиться к премьеру». «В бюджете на 18-й год 151 миллион запланирован, но в связи с реорганизацией министерства, разделенного на два, они не успели вовремя подписать соглашение», — говорит Александр Король. Тут же выясняется, что 133 миллиона федеральных средств «ушли и не вернулись». И все готовы прилагать все усилия, чтобы получить хотя бы 151. Я не знаю, как это назвать, но упускать федеральные средства — это, по-моему, «косяк».

— После зимних каникул дети должны пойти, после нового года, — объясняет Андрей Климов, после чего группа проверяющих углубляется в здание и долго ходит по нему. Сергей Фургал ходит по-настоящему, как ходил еще Виктор Ишаев: от и до, обходя все помещения. Ничего неожиданного, разумеется, найти он не может — проверяемые тоже имеют время подготовиться и даже завести во все уголки здания рабочих (это в субботу-то). Но хочет, и даже спрашивает: «Ну, где подвох здесь? Должен же быть подвох!».

Подвохов в здании, думаю, на самом деле навалом, и их видят строители (например, кто-то обсуждает, как усилили одну из стен, которая стала заваливаться, и говорит: так, как сделали, якобы вообще бессмысленно, упора нет, и все только усиливает нагрузку на стену), а Сергей Фургал, как он сам признается, «не строитель, хотя дом построил». По ходу движения губернатор высказывает в чем-то даже крамольные мысли, уничтожающие смысл самой идеи, например, о том, что «вы взяли старое здание и построили новую школу, а может стоило сначала загнать сюда бульдозер», или «я, конечно, не строитель, но мне кажется, нифига вы не успеете до Нового года».

Сопровождающие тихо обсуждают, что «подрядчик работает в долг», что и понятно — федеральных средств, на которые рассчитывали при проектировании, как уже было сказано, региону не досталось. Выбивать средства из федерального центра должен краевой минобраз, то есть Александр Король и его коллеги. Но эта тема пока еще не всплыла.

Догадываетесь, что она в конце концов всплывает?

К чести моей коллеги Ларисы Докучаевой, поднимает тему именно она, спросив, «как будет решаться вопрос с долгами, — ведь подрядчик, насколько я понимаю, сейчас работает в долг?».

Сергей Фургал: А я не знаю. Давайте спросим. Я спросил: финансирование нормально? Нормально.

Андрей Климов: Все объемы, которые он закрывает, ему тут же оплачиваются.

Сергей Фургал: Где подрядчик?

Сергей Бондаренко: Здесь.

Сергей Фургал: Не хватает денег?

Сергей Бондаренко: Не хватает.

Сергей Фургал: Сколько?

Сергей Бондаренко: Оборотных моих хотя бы, у меня 53 миллиона оборотных для моей организации «потолок»…

Сергей Фургал: Сколько мы вам должны?

Сергей Бондаренко: На сегодня — порядка 20.

Сергей Фургал: 20 миллионов. И плюс сколько надо освоить?

Сергей Бондаренко: Порядка 55.

Сергей Фургал: А они у нас заложены?

Елена Ланкина: У нас заложены все деньги. Дело в том, что на пятницу КС-2, предоставленная подрядчиком, на 4,5 млн подписана, в понедельник будет оплачена. И 1,5 млн. больше долгов у управления, у заказчика, нет.

Сергей Фургал: У нас деньги зарезервированы?

Елена Ланкина: Да.

Сергей Фургал: Все 55 миллионов?

Александр Король: В краевом бюджете.

Сергей Фургал: Нет. Министр финансов, у нас деньги зарезервированы?

Александр Кацуба: 157 миллионов. На сегодняшний день в краевом бюджете осталось 6 млн. Сегодня в городе Хабаровске [это оговорка, в Комсомольске] на счете 18 миллионов.

Елена Ланкина: Нет, 36.

Сергей Фургал: У вас на счете 36? И у нас 6? 42. Ну, 13 миллионов, я думаю, небольшая сумма, где-нибудь отыщем.

Елена Ланкина: Сергей Валентинович неправильно говорит. До окончания строительства осталось 180 млн 752 тыс. не закрытых по контракту.

Сергей Фургал: Так, подождите. Сколько стоит нам вся школа?

Елена Ланкина: 485 миллионов.

Сергей Фургал: 300 профинансирвоали?

Елена Ланкина: Профинансировали 305 на начало 18 года.

Сергей Фургал: Сколько у нас есть еще денег?

Елена Ланкина: Сейчас на счете у администрации 36 миллионов.

Сергей Фургал: А еще 144?

Александр Король: Федеральные должны подойти.

Сергей Фургал: Подождите. Вы собираетесь, ребята, уже в декабре месяце запустить сюда школьников. Сегодня 13 октября. Что мы будем сейчас себя обманывать? То есть мы говорим, к 31 декабря все заедут. Но нам не хватает порядка 140 миллионов. Где мы их будем брать?

Александр Король: Должны были средства из федерального бюджета.

Сергей Фургал: То, что должны были, знаете… Где мы будем их брать? Если мы думаем, что мы возьмем в федеральном бюджете за такой короткий промежуток времени, это вред ли. Ну честно! Мы же прекрасно понимаем те процессы, котоорые происходят: пока заявка, пока рассмотрение. Если нам повезет неимоверно, мы не будем там вылезать из кабинетов, они могут нам к новому году их дать. Но к новому году! То есть тогда мы должны подрядчика просить работать в долг. А он согласится работать в такой долг?

Сергей Бондаренко: Уже нет.

Сергей Фургал: Вряд ли. Значит, долги надо ему погасить.

Елена Ланкина: На сегодняшний день долгов перед подрядчиком нет.

Сергей Фургал: Подрядчик, сколько вам должны денег?

Сергей Бондаренко: Сергей Иванович, ситуация такая. Здесь этапная работа. И плюс сейчас еще осталось все, что оборудование. На сегодня у нас допработ на 16 миллионов мы отдали, плюс 40 с лишним миллионов — это оборудование закупленное уже, проплаченное. Которое идет сюда.

Елена Ланкина: Это ваши оборотные должны участвовать! Вы должны смонтировать, и после мы должны оплатить.

Сергей Бондаренко: Правильно вы говорите. Но давайте мы не будем пикетироваться [так] при губернаторе, но вы допработы отдайте!

Елена Ланкина: Все КС-2 оплачиваются в течение одного-двух дней!

Сергей Бондаренко: Ну, это бесполезно. Бесполезно! Сергей Иванович, это политика такая…

Сергей Фургал: Да я прекрасно понимаю. Вы же понимаете, в какую ситуацию мы сейчас войдем? Это как по дольщикам. Дом стоит, а почему людей не запускаете — справки нет [подробнее о ситуации читайте на EastRussia]. Вы же понимаете, сегодня он здесь с вами, а завтра развернется и уведет людей. Может он так сделать?

Елена Ланкина: Нет, не может. Он подписал муниципальный контракт. Он подразумевает этапность. У него пока этапы не выполнены, заказчик не может оплатить. Мы все делаем для того, чтобы помогать подрядчику, и подрядчик здесь лукавит.

Сергей Фургал: У вас переговоры проходили?

Елена Ланкина: Да, еженедельно.

Сергей Фургал: А я говорю, надо ежедневно разговаривать, стараться как-то выходить из этого положения. Мы же хотим сдать к новому году?

Елена Ланкина: Очень.

Сергей Фургал: Мы сдадим к новому году?

Елена Ланкина: Если подрядчик усилит строительно-монтажные работы.

Сергей Бондаренко: Сергей Иванович, можно, перебью. Давайте прекратим. При Шпорте, Шпорт был, я постоянно поднимал этот вопрос, все знают. Допработы растут как ком, их я не рассчитывал, но согласно технологии я должен их выполнять, согласитесь. Потому что то не сделаешь — другое не сделаешь. И все везти надо дорогое, и чуть ли не с запада. Все говорим, что в Хабаровском крае, а на самом деле! И австрийские воронки, и платим черт знает кому!

Сергей Фургал: А как у нас получилось, что у нас австрийские воронки?

Елена Ланкина: Проект такой.

Сергей Фургал: Как понять — проект такой? Слушайте, мы приезжаем в больницу, мне говорят — проект такой. В школу — проект такой. Приезжаем на набережную — говорят, проект такой!

Елена Ланкина: По проекту, когда объявлялись торги и выставлялись на сайте, подрядчик не задавал вопросов. На каждом сайте есть при размещении любого контракта есть у каждого подрядчика время — выдать замечания.

Сергей Бондаренко: Две недели есть! Вы посмотрите, сколько это перелопатить.

Сергей Фургал: Я не могу понять, как у нас воронки оказались с Австрии?

Елена Ланкина: Потому что они с улавливателями мусора, листвы.

Сергей Фургал: Офигеть! Офигеть! Они что там, решетка стоит?

Сергей Бондаренко: Решетка. Они и в Хабаровске, «ТехноНИКОЛЬ» такие же стоят, решетчатые.

Сергей Фургал: Но она же мусор не уничтожает сама? Вы же все равно туда рукой полезете? Так и что, на нашу воронку нельзя поставить сетку, решетку? Да глупости все это. Но это же дурдом полный! Ладно, мы не будем здесь спорить, стоять, это бессмысленно. Значит, послезавтра, минстрой, будете вмешиваться, брать на ручное управление…

Александр Шабовта: У нас уже есть предложение!

Сергей Фургал: Я знаю, что оно у нас есть, поэтому и говорю. Значит, если вы не можете между собой договориться, минстрой будет брать в ручное управление.

Сергей Бондаренко: Помогите с деньгами, мы решим досрочно!

Сергей Фургал: Да я же сказал вам, по вам вы вопрос решим. Мы же не для того сюда приехали, чтобы покрасоваться перед камерами, а чтобы вопрос решить. Решение у нас есть.

Таким образом, схема — точно такая же. Губернатор очень много спрашивает, все осматривает, со всеми говорит. Сначала ему рапортуют, что с объектом все отлично. Потом же, когда вырисовывается проблема, ответить, какое решение, на месте никто не может, но дается обещание проработать вопрос на днях и без СМИ — и решение будет найдено.

Если вы еще сомневаетесь, то вот вам пример №3 (утомлять подробностями не буду — кратко). С 2005 года в Комсомольске-на-Амуре, которому нужно 100-110 тыс. «кубов» воды в сутки, строился подземный водозабор, он же комплекс деманганации и обезжелезивания воды. У города, как и у Хабаровска, есть водозабор на Амуре (максимум на 250 тыс. «кубов»), обеспечивающий все его потребности, но после аварии в приграничном Китае, когда в реку попало бензольное пятно, решили строить подземные водозаборы.

Денег, как водится, постоянно не хватало, у 2013 году к тому же было наводнение, поэтому стройка шла так долго. А в 2016 году, после окончания всех СМР, когда водозабор на 75 тыс. «кубов» в сутки был готов, потребовалась повторная экспертиза, поскольку законодательство поменялось. Замечания Главгосэкспертизы были еще и в том, что нужно провести переоценку запасов воды, что и было проделано в 2016-2017 годах. Подтверждены запасы — 91 тыс. «кубов» в сутки (были 300 тыс. «кубов»). Население потребляет 58 тысяч «кубов». В июне документация была сдана, 15-19 октября должна пройти защита в ГКЗ, доложили Сергею Фургалу.

Сергей Фургал поинтересовался, сколько сейчас стоит содержать недействующий водозабор. 30 млн руб., ответили ему. А увеличит ли ввод нового водозабора тариф? Ему ответили — да.

— Мы не можем пойти на то, чтобы увеличивать тариф, — отрезал Сергей Фургал. — Потому что население у нас и так живет небогато, доходы населения не растут так, как бы нам хотелось, поэтому пойти сегодня на то, чтобы увеличить на население нагрузку по воде, мы пойти не поможем. Нас неправильно поймут люди. У нас сколько там, не более 22% на коммунальные услуги? То есть мы должны будем компенсировать людям расходы, субсидировать? Содержать водозабор как резервный — наверное, это хорошо, но можем ли мы позволить себе такую роскошь?

Зампред по вопросам ТЭК и ЖКХ Анатолий Литвинчук объяснил, что новый водозабор предполагается сделать работающим на население, старый — будет работать на промышленность. Рост тарифа будет небольшой, заверил он. «Население защищено федеральным законом, который ограничивает рост тарифов ЖКХ в 4%. тариф еще не утвержден, но дополнительно сверх этих 4% может вылезти порядка 40 млн в год, которые будет компенсировать бюджет», — объяснил он.

— А что нам скажет председатель по бюджету? не председатель, а первый заместитель губернатора, — обратился Сергей Фургал к Александру Кацубе (который формально все еще является и.о. министра финансов, но в период отсутствия Сергея Фургала в регионе уже побывал и.о. губернатора — тем, кем не бывал во времена Вячеслава Шпорта никогда).

— Сегодня мы с 19-го года идем уже по другому пути, — сказал Александр Кацуба. — И сегодня рассуждать о том, что все компенсации за то, что все будет стоять и не будет работать, все давайте за счет бюджета, Анатолий Алексеевич, все это уже ушло. Все это надо считать, и по-другому, надо находить те источники, которые не из бюджета, а находить реальные.

Тем не менее, подчиненные в один голос стали заверять Сергея Фургала в том, что водозабор нужно вводить в эксплуатацию. Но нужно 214 млн руб. на выполнение замечаний Главгосэкспертизы — это в основном экология и пожарная безопасность. «Не могут уловить, где подвох? Два водозабора построены, а воды нет», — высказался Сергей Фургал, но все же согласился с тем, что водозабор нужно вводить. Но откуда возьмутся деньги, снова непонятно: губернатор сказал, что в федеральном министерстве его заверили, если край правильно обратится, средства на ввод в эксплуатацию водозабора из федерального бюджета выделят, а Анатолий Литвинчук сказал, что ему в Москве сказали, финансирование закрыто, а доделки регион пусть делает из средств краевого бюджета. Еще, кажется, один тупик. По крайней мере, создается такое первое впечатление.

— Я склонен к тому, что нужно садиться, разрабатывать программу, искать деньги, запускать этот объект. Целевая задача — обеспечение населения чистой, безопасной водой. Второе — чтобы не повышался тариф. Третье — если нужно расширять, смотрим в процессе эксплуатации и расширяем, — подытожил Сергей Фургал. — Соответственно, ответственное ведомство по профилю должно разработать нам четкое понимание того, как мы идем. Чтобы в следующий раз, когда мы приехали, здесь гудят насосы, и не для показухи, и мэр города говорит: граждане, мы сделали все сети, у всех отличная вода.

Таким образом, если вы этого еще не заметили, системе было подано несколько сигналов. Сигнал первый: губернатор все понимает, всю проблематику изучает заранее, с профильными зампредами, и «втереть очки» ему на обходе объектов не получится. Сигнал второй: у нового губернатора исключительно рабочий настрой, а не настрой «покрасоваться перед камерами», хотя СМИ в объезд приехали во множестве (и Сергей Фургал, как я слышал, был этим даже как будто бы недоволен), а действительно важные вопросы он намерен решать без СМИ.

Это, отмечу с сожалением, вовсе не стиль народно избранного губернатора — это стиль «первого лица», то есть президента, полпреда президента в ДФО Юрия Трутнева и остальных важных чиновников, так что, коллеги, если наступит это время, когда журналистов берут на 5 минут протокольной съемки, потом выгоняют, а потом выходят на краткий пресс-подход — или не выходят, на публичности Сергея Фургала можно будет ставить крест. Сигнал третий: бюджет переходит в режим жесткой экономии, и взывать к нему за дополнительными расходами в размере десятков или сотен миллионов рублей отныне бесполезно — Александр Кацуба за этим проследит.

И знаете, что мне понравилось больше всего?

Как новый губернатор обратился к мэру Андрею Климову, который, напомню, подавал заявление об отставке и вроде бы собрался уходить, хотя часть городской общественности уже просила его остаться (а местные единороссы, как я писал недавно, внесли в краевую думу законопроект, подразумевающий отмену выборов мэра вообще). Думаю, так обращаться к мэру, который реально уходит, бессмысленно — какой с него спрос-то. А вот к мэру, который остается в команде, имеет смысл — и сразу расставляет отношения в команде на свои места.

— Ну мы же седня с тобой говорили, — сказал Сергей Фургал, легко переходя с Андреем Климовым на «ты». — Что фасады надо почистить, покрасить, побелить. А междворовые и междомовые дорожки — заасфальтировать. Это будет сразу видно и для населения, и сразу оживет город. Вот. А если мы еще дадим туда чистую воду и запустим те лечебные учреждения, которые запланировали, и построим дом жилой для медперсонала, а мы не будем сдавать больницу без дома, правда же? Нельзя. И тогда, может быть, жители и не будут уезжать у нас с Комсомольска. И, может быть, будут хвалить власть комсомольскую, а не ругать. А сегодня наоборот получается.

— Ну а чо, ехали же сюда в 70-е годы, и в 80-е еще первую половину ехали сюда — масса, масса. И сейчас поедут, — вставил свои «пять копеек» вице-спикер краевой думы Юрий Матвеев.

— Мы сейчас должны понимать, что сейчас не 70-е. Каждый хочет жить в хорошей квартире, хочет получать нормальную зарплату, и хочет ездить отдыхать. И еще одна приоритетная задача. Нам нужно транспортную доступность решить. Нам нужно запускать и самолеты, только не по 9 тысяч, а надо связать так, чтобы он прилетел в Хабаровск, из Хабаровска улетел сразу в Сочи или Симферополь, либо в Москву. Но чтобы он сутки не торчал в Хабаровске, правильно?

Дальше Сергей Фургал еще порассуждал о том, как бы «додавить» «Аэрофлот» на комбинацию рейсов Москва-Хабаровск по схеме 2 рейса «Аэрофлота» + 1 рейс «России», тогда как компания согласна только на 1 + 1, но о судьбе водозабора больше никто ничего не говорил.

В этот день новый губернатор также побывал на площадке «Парус» ТОР «Комсомольск», но это — совсем другая история, и я расскажу ее чуть-чуть позже.