Пацан говорил — пацан делал

Источник фото: https://www.fondvostok.ru/press/publications/veb-sovmestno-s-fondom-razvitiya-dalnego-vostoka-mozhet-investirovat-3-5-mlrd-rubley-v-stroitelstvo-/

Все вы слышали, конечно же, друзья, сегодняшнюю новость номер один для развивателей Дальнего Востока: в Минвостокразвития меняется шеф. Про Сан Саныча писать не буду: дорожка его в Минприроды не устлана розами, и жизнь у него будет теперь, как говорят, денежная, но веселая. Что тут еще можно пожелать человеку? Главное — с Сечиным не рамсить (а то прецеденты, знаете ли, бывали). Ну и хватит о прошлом — дальше о будущем.

У меня как у человека, года эдак с 2013-го варящегося в повестке ускорения развития Дальнего Востока, есть свои первые воспоминания об Алексее Чекункове, он же — новый глава Минвостокразвития.

25 сентября далекого 2014-го Алексея назначили руководителем Фонда развития ДВ, этакой невнятной структуры под Внешэкономбанком, которая по идее должна была бы финансировать государственно-частные инвестпроекты на Дальнем Востоке, но не работала от слова вообще. Буквально спустя несколько дней мы сделали с ним интервью для спецпроекта «Ъ» (вышло 6 ноября 2014-го, можете почитать здесь). Спрос тогда с Алексея, конечно же, был невелик: он едва-едва в новом кресле устроился. Я, тем не менее, спросил кое-о-чем. И получил хорошие, конкретные ответы.

Вы спросите, и что.

А то, что за эти семь лет (божечки мои, время-то летит), что обсуждается развитие Дальнего Востока, вокруг этого захватывающего по масштабу вызовов процесса нагромождены килотонны болтовни, и очень много пропагандистской шелухи — из якобы вложенных миллиардов (а то и триллионов) и тысяч счастливых рабочих, идущих под заводской гудок на свои супер-современные рабочие места. Итог вы тоже знаете: чистый отток населения из ДФО сохраняется, и глядя, что нынче под давлением Covid’а происходит с местной системой здравоохранения, понимаешь, что народ бежит в правильном направлении.

Но каждый раз, прилетая в родной Хабаровск (а летаю я часто), где-то примерно так с октября 2019-го я испытываю простое человеческое чувство. Наверное, это чувство удовлетворения, которое испытываешь, выходя из рукава, протянутого к самолету, в современный, «с иголочки» терминал. Который не хуже, чем те, что построили к Чемпионату мира по футболу-2018 в центре России, в некоторых из этих терминалов я был и могу сравнить (и не хуже терминала во Владивостоке, что немаловажно).

А раньше чувство было другим. Да, возможно, у нас в Хабаровске по-прежнему долго выдают багаж. Однако сдвинуть с мертвой точки проект реконструкции аэропорта, бесконечно мусолившийся собственником с 2007 года, помогли деньги именно ФРДВ. Не мифические корейские (сбежали), японские (так и не добежали) или какие-то другие инвесторы, а изменения в законодательстве и средства фонда, который возглавлял Алексей (справедливости ради, туда и ВЭБ подкинул, но — не о нем).

Мы, дальневосточники, люди простые. «Пацан сказал» (о чем есть фотофакт, найдите на этом фото с первого Восточного экономического форума Алексея Чекункова) — «пацан сделал». Значит, нормальный пацан.

Источник фото: https://www.fondvostok.ru/press/publications/veb-sovmestno-s-fondom-razvitiya-dalnego-vostoka-mozhet-investirovat-3-5-mlrd-rubley-v-stroitelstvo-/

А так как главный критерий работы фонда — это прибыль, к Алексею с этой точки зрения вопросов нет. Выручка в 2019-м — 1,7 ярда, чистая прибыль — 846 млн руб., плюс уплачено 459 млн руб. налогов. Хорошо ли, плохо, но эта машинка — работает.

Вы, наверное, не особо задумывались, друзья, а как практически обеспечивается новизна в управлении Дальним Востоком? Все эти особые и новаторские механизмы, вроде денег на дальневосточные проекты в IT, системы контроля за лесным фондом, системы выделения участков под аквакультуру, льготное кредитование МСП и так далее. Есть же министерство, правда? А вот и нет. Неправда. Создание всех этих механизмов прокручивалось через фонд. Кто-то говорил. Кто-то придумывал. А кто-то — воплощал.

И, кстати, у фонда же есть целых семь «дочек». Полюбопытствуйте, что это за предприятия и организации, информация открытая. Очень, очень многие нити, за которые дергает Юрий Петрович, вели и ведут по-прежнему в фонд. А фонд не только тратит, но еще и зарабатывает. Позволю себе процитировать сегодняшний материал в «Ъ-Онлайн»: «Всего, по данным фонда, за время работы было проинвестировано 56 млрд руб., из которых 16 млрд руб. уже вернулись, объем подписанных сделок составляет 75 млрд руб., а свободного капитала у фонда около 17 млрд руб.»

Есть у меня такое чувство, что все министерство по развитию Дальнего Востока и Арктики превратить во что-то подобное не получится, — функционал, увы, не тот, да и балласта навалом: тут тебе и «дальневосточный гектар», и какая-то вечно загибающаяся дальневосточная социалка.

Но если вспомнить, под каким соусом модернизировалось министерство при только-только назначенном полпредом Юрии Трутневе (который и господина Чекункова в периметр Дальнего Востока вписал), то получается вот какая штука. Денег у государства много не бывает, а в грядущие годы будет все меньше и меньше. Всю возню с территориями опережающего развития, свободным портом и преференциями затевали ради одного: мультипликатора. Это, говоря языком математики, когда государство пообещало вложить рубль, а инвестор, поверив в перспективы, взял такой, и на радостях притащил сразу 10.

У государства вкладывать этот самый рубль в Дальний Восток получается, что уж тут греха таить, через пень-колоду: слишком забюрократизирован процесс, пока проведешь все эти экспертизы, торги, стройки, за которыми следят, наперегонки цыкая зубом, прокуратура и Счетная палата, — земля над инвестором остынет.

Алексею в этом смысле в конце 2020-го достается механизм, очень похожий на тот, что достался ему в 2014-м: те же самые бесконечные экспертизы и с трудом проворачиваемая бюрократия, только со стороны акционера-ВЭБа, а также неспешность государства по докапитализации, мешали когда-то выдавать бизнесу деньги фонда. Точно так же сейчас на дальневосточные разделы бюджета с одной стороны неровно дышит Минфин, а с другой, — все остальные.

Ждем, стало быть, правильных законодательных инициатив, Алексей.