Питерский заход

100-тысячного туриста, прибывшего по электронной визе на Дальний Восток, в августе 2019-го встречали с помпой и подарками. Фото: пресс-служба Минвостокразвития

Помните, друзья, как все гордились и радовались, чуть ли не в ладоши хлопали, тому, что на Дальний Восток России стало разрешено приезжать по электронной визе? Порядок, завязанный на режим свободного порта Владивосток, был и впрямь революционным для 2017-го. Никаких тебе бумаг, просто за четыре дня до предполагаемого приезда заходишь на специальный сайт, подаешь заявку, и если все ок — получаешь визу в виде электронного документа.

Поводы для гордости дальневосточной исключительностью сокрушительно закончились. Аналогичный порядок заработал для Санкт-Петербурга и Ленинградской области, сообщило сегодня правительство России. Ранее, не буду скрывать, он также стал доступным для Калининградской области. Но масштабы турпотока, конечно, пока еще не соизмеримы: 1,5 млн гостей и «более 700 тыс.» иностранцев за 2018 год в Калининграде против 5,1 млн гостей в Ленинградской области и 8,2 млн гостей, из них 3,9 млн иностранцев — в Санкт-Петербурге).

Что имеем в промежуточном итоге. На Дальний Восток разрешено приезжать по электронной визе гражданам 19 государств. Это Алжир, Бахрейн, Бруней, Индия, Иран, Катар, КНР, КНДР, Кувейт, Марокко, Мексика, ОАЭ, Оман, Саудовская Аравия, Сингапур, Тунис, Турция и Япония, а с августа 2019-го — как с радостью сообщили чиновники, еще и остров Тайвань (не всеми в мире за отдельное государство признаваемый, отметим в скобках).

Тот факт, что среди них нет густонаселенных (и близлежащих) государств Азиатско-Тихоокеанского региона вроде Индонезии, Малайзии и Филиппин, зато есть Алжир, ОАЭ, Кувейт, Марокко и остальные, конечно, по-прежнему удивителен. На недоуменные вопросы о том, «почему так мало государств и такой экзотический набор», в ответственных ведомствах, напомню, отвечали что-то вроде: электронную визу российское государство готово давать только тем партнерам, которые готовы давать такую же для россиян.

1 июля и 10 сентября 2019 года соответственно утверждены перечни стран, граждане которых смогут приезжать по электронной визе в Калининград (с областью) и Питер (с областью). Уж не знаю, что там стряслось за это время в дипломатических сферах с 2017-го года. Но стран применения электронных виз для российских «западных ворот», не в пример «воротам восточным», — аж 53. От Австрии до Эстонии с Японией. И Индонезия, Малайзия, Филиппины — тоже есть.

По данным Минвостокразвития, по электронным визам иностранцев на Дальнем Востоке готовы принять аэропорты Владивостока (Кневичи), Петропавловска-Камчатского (Елизово), Благовещенска, Хабаровска (Новый), Южно-Сахалинска (Хомутово), Анадыря (Угольный). При этом формально являющийся международным аэропорт Благовещенска, например, вообще не имеет регулярных рейсов в иностранные государства (только чартеры), а в Анадырь и Петропаловск-Камчатский прибыть иностранцам не так-то просто: территории Чукотки и Камчатки все еще в значительной части — погранзоны. Еще три региона (Приморье, Камчатка, Сахалин) обеспечили работу морских пунктов пропуска, плюс в Приморском крае работают в «электронном» режиме железнодорожные пункты пропуска «Пограничный», «Хасан», «Махалино», автомобильные — «Полтавка» и «Турий рог».

Несмотря на кажущееся изобилие «точек входа», за два года число воспользовавшихся электронной визой едва-едва перевалило за 100 тыс. (стотысячными стали две подруги-японки, подробности можно почитать вот здесь). Как оценить, много это или мало? Учитывая, что Приморье, на которое приходится порядка трех четвертей въездного турпотока Дальнего Востока, только за первое полугодие 2019 года посетило «почти 400 тысяч иностранцев, из них более 300 тыс. туристов» (данные регионального департамента туризма), 100 тыс. за два года, — это, конечно, относительно неплохо. Но только относительно.

Ждем данных по первым результатам применения электронных виз в Калининграде и Питере за 2019 год, друзья, и делаем выводы: Дальнему Востоку многочисленные развивающие меры — как мертвому припарки, или — все же?..